Как утопить яхту на Сейшелах

История о том, как группа россиян утопила яхту на Сейшельских островах минувшей зимой, уже обсуждалась яхтенным сообществом. Тем не менее, мы решили еще раз опубликовать рассказ об этом событии на MainSail.Ru. Во-первых, многие об этом не слышали, во-вторых, приближается зимний сезон. Рассказ участницы тех событий Ольги Ефимовой-Соколовой мы публикуем в немного сокращенном виде с разрешения журнала «Берега Москвы». Рассказ, на наш взгляд, неполный с точки зрения описания ряда технических и навигационных деталей и обстоятельств случившегося, но, тем не менее, полезный для тех, кто обдумывает поездку на Сейшельские острова.

«Сейшельские острова – это архипелаг из 115 островов в Индийском океане, чуть южнее экватора. Здесь преобладают два основных направления ветра: с мая по ноябрь – юго-восточное, с ноября по середину апреля – северо-западное (с ливнями).

Архипелаг был открыт для европейского яхтинга довольно поздно – примерно в 1997 году, чему способствовала значительная удаленность от Европы (более 1 месяца пути под парусом). Лишь незначительное количество яхтсменов держат свои яхты на Сейшелах и ходят на них регулярно. Большинство европейцев пользуются услугами чартерных компаний: берут в аренду 10–15−метровые катамараны, реже – однокорпусники, а также моторные лодки для «big game fishing».

На главном острове архипелага, Маэ (Mahe), в столице Виктории – три марины, на острове Прале (Praslin) – одна (Dream Yacht Marina в заливе Св. Анны). В порту La Passe на острове Ла-Диг (La Digue) для яхт есть только якорная стоянка. С каждым годом ситуация меняется – строятся новые марины при отелях и жилых комплексах.

Большинство островов архипелага – частные. Перед их посещением необходимо получить разрешение на платное посещение. «Seychelles Nautical Pilot» 2002

Мы решили под парусами освоить рай Сейшельских островов, заказав по интернету двухнедельный чартер двух яхт – Atoll 6 (50 футов) и Gib Sea (43 фута).

23 февраля 2007 года наша группа из 19 москвичей, многие из которых парусные яхты только видели, вылетела из Москвы. Утром 24 февраля мы приземлились в аэропорту Маэ. Температурный удар настиг прямо на трапе самолета – влажный тропический воздух, температура +35 (а из Москвы вылетали при –20). В аэропорту нас встретила погранично-таможенная служба, открывшая всем визы и серьезно проверившая багаж (по крайне мере, один нож остался на хранении у таможенников).

Первым знакомством со столицей можно считать нашу марину с романтичным названием Angel Fish marina, куда мы отправились из аэропорта. Сразу бросилось в глаза, что чартерный флот на Сейшелах, в сравнении с Хорватией или Турцией, немногочисленен и немолод. В марине, где базируются три яхтенные чартерные компании и одна дайверская, стояло около 20 судов: катамараны, парусные яхты и несколько катеров. Инфраструктура Angel Fish marina тоже не впечатляла: почти всегда закрытый магазин одежды, работающий туалет с душем – и всё. Ближайший супермаркет и ресторан – в городе, километрах в двух-трех от марины. Электричества на пирсах нет, каждая чартерная компания имеет один многометровый шланг для заправки всех своих яхт водой с берега из «своего» крана, пользование соседним краном или шлангом – запрещается, горючее подносят в канистрах.

Тем не менее, мы счастливы – у пирса плавно покачиваются наши яхты: Anushka (Atoll 6) и Zitronel (Gib Sea 43). Местные называют нашу яхту «Анушкой» с ударением на второй слог, а мы – «Аннушкой», и радуемся такому русскому имени. Мысль о том, что «Аннушка уже пролила масло» в первый день никому не могла придти в голову, а зря…

После того как наши шкиперы приняли лодки, мы занялись освоением нового пространства. Яхт такого необычного дизайна, как «Аннушка», я раньше не видела: шесть кают внизу и просторный салон-кокпит наверху, четыре гальюна. Все прекрасно, но при этом полное отсутствие оснащения штурманского столика, нет подруливающего устройства, сломан автопилот, а вырванные неизвестно откуда провода торчат из незакрывающегося шкафчика внизу. Что и говорить, яхта производила двоякое впечатление, но никого не оставляла равнодушным. Вторая лодка – «Цитронель», была много меньше по обитаемости, но сохранилась явно лучше.

Первый выход на «Аннушке» (он же последний)

25 февраля отправляемся в первое плавание. Курс – на остров Силуэт. Радиопереговоры с яхтой «Цитронель» не получаются – рация молчит, но общий курс согласован на берегу. Ставим паруса и отрываемся от второй лодки.

Остров Силуэт окружен рифами и очень неудобен для высадки (только два места для якорной стоянки). Французский пират Houdol использовал его как альтернативную базу и, по легенде, спрятал там часть своих сокровищ. Длина острова – 740 м. Расстояние от Маэ до Силуэта – 11,8 морских миль. «Seychelles Nautical Pilot» 2002

Долго-долго идем правым галсом. Острова вокруг то вырастают, то исчезают, встречных судов мало. Экипажу не до красот – жара, и мутит от качки. Тем приятнее остановка для купания. Желающие цепляются за шкот и вместе с волнами плывут следом за яхтой. Вдруг в толще прозрачной воды мелькает серая тень. От крика: «Рыба!» все моментально взлетают в кокпит, но в воде уже ничего не видно! Но мысли: «А если акула окажется рядом? Успеешь ли доплыть до яхты? Боится ли она криков?» – на время отбивают желание купаться. Немного адреналина мужской половине экипажа добавляет оборвавшая леску рыба. Хоть троллинг не удался, но азарт рыбалки все уже почувствовали.

Вот и Силуэт. Бросаем якорь у острова, близко к берегу на яхте не подойти. Большинство команды на надувной лодке отправляется на берег, на яхте остаются четыре человека во главе со шкипером. В прибойной волне наш тузик несколько раз швыряет и заливает мотор. Прыгаем по кораллам, обдирая ноги. «Ах, где мои тапочки?» – мелькает мысль у большинства, и только двое предусмотрительных молодых людей чувствуют себя комфортно.

Остров потрясает воображение. За линией белого песка начинаются джунгли – живая декорация к «Кинг-Конгу» или «Парку юрского периода»: пальмы, кокосы огромные крабы, прячущиеся под камнями. Часть кокосов набираем с собой и вместе с ракушками, как трофеи, складываем в лодку. Неужели весь этот райский чудо-остров можно прикупить по цене хорошей московской квартиры?

На рейде стоят уже две яхты. Пора возвращаться назад, но как? После длительного обсуждения и реанимации мотора тузик с тремя добровольцами отправляется «на прорыв». На четвертой волне его, к ужасу оставшихся на берегу, переворачивает. Команда отделывается мелкими порезами, а тузик вылавливается подоспевшими на помощь. Океан забрал крышку от мотора, ракушки и разметал кокосы. Все разбредаются по берегу в задумчивости. А над головой такая красота: солнце, пальмы, летающие лисицы, похожие на маленьких птеродактилей. На берег выползает морская черепаха и испуганно ныряет обратно при виде туристов.

Что делать? Перебраться через волны поодиночке вплавь можно, но как быть с тузиком? Решение находит, как обычно, женщина – обнаружено место, где волны чуть меньше, из джунглей принесены пальмовые листья, которыми можно грести (весла остались на яхте), и палка-багор для отталкивания от рифов. И вот, уже обгоревшие и измученные, мы идем на штурм прибоя. Часть команды толкает лодку снаружи, часть плывет отдельно, часть гребет и отталкивается. Преграда взята – мы на чистой воде! И на встречу спешат наши друзья с «Цитронель» на втором тузике!

Радостное оживление, рассказы, смех! Оказывается, пока мы «робинзонствовали» экипаж второй яхты чуть не унесло в океан – сели в тузик (без весел, естественно), а подвесник все не заводился и не заводился. Когда расстояние до яхты стало критическим даже для хорошего пловца, шкипер поплыл на яхту, поднял якорь, под движком догнал свой тузик, потом и с подвесным мотором разобрались…

На «Цитронель» завидуют нашим островным приключениям и решают отправиться на поиски крышки от мотора и за кокосами. Получив свою порцию адреналина и тумаков от океана, они возвращаются лишь с кокосами.

Тут обнаруживается, что вся питьевая вода на «Аннушке» из бака куда-то делась – принимается решение возвращаться в марину на Маэ. Солнце еще высоко, но в тропиках темнеет рано, на яхтах висят предупреждения, что ночные плавания на Сейшелах запрещены…

Идем под мотором, «Цитронель» остается где-то сзади. Связи нет, и даже сотовые не работают. Рулим по очереди. На сильной волне и на скорости я не справляюсь, но только отхожу от руля – начинает мутить, и не хочется ничего, только лежать и спать. Старший помощник ведет прокладку по карте и сообщает курс шкиперу на руле. Темнеет.

Волна ритмично врезается в яхту, отдаваясь стуком незакрывающейся дверцы и звоном посуды. Огибаем северную оконечность острова Маэ, справа видны огни города, маяк впереди. Виктория близко.

04o 35′ 32.46«S

55o 28′ 08.40„E

Страшный скрежет под килем, резкий толчок, все летит кувырком, яхта останавливается. Мы сели на рифы! Неужели это случилось с нами? Пытаемся сняться с помощью мотора, вроде бы и яхта стоит носом от берега, но безуспешно. Яхту начинает валять с бота на борт. В суматохе кому-то не хватает спасжилета. По команде закренивать лодку с помощью гика все мужчины повисают на гике, женщины – на борту. Безрезультатно. И уже очень хочется, чтобы появилась помощь. И уже оцениваешь расстояние до берега и собственные силы. Но вот яхта медленно-медленно сходит – глубина 9 метров! Но не работает руль, а аварийный румпель не встает в гнездо. Глубина уменьшается. В трюмах вода! Бросаем якорь и подаем сигналы бедствия – запускаем ракеты и пытаемся передавать в эфир «May Day!». Никакого ответа.

Слава богу, работает сотовый – сообщаем шкиперу «Цитронель» свои координаты. Вторая яхта уже благополучно ошвартовалась в марине, они находят спасательную службу и сообщают о случившемся в чартерную компанию. У нас есть время собрать вещи. Вода в каютах прибывает. Заходить туда жутковато, однако вскоре ребята начинают находить забавное даже в собственном бедственном положении.

И вот прибывает катер спасателей. Люди и вещи отправляются на берег. «Аннушка», освещенная всеми огнями, с большим деферентом на нос медленно уходит под воду. На утро, как нам рассказали потом в чартерной компании, над водой возвышался только метр мачты.

Жизнь без яхты

Отели, городские улицы, марины, чартерные компании – круговорот, затянувший на какое-то время 12 яхтсменов без яхты. Кто-тодовольно легко вышел из ранга мореплавателей, погрузившись в прелести пляжного отдыха с его понятным и успокаивающим ритмом. Я обосновалась в самой Виктории неподалеку от ботанического сада.

В береговой охране (шеф которой учился в Советском Союзе и говорит по-русски) денег за спасение с нас не взяли. Написав требуемое объяснение в полиции, пообщавшись с представителем и владелицей чартерной компании, мы поняли, что наш оплаченный чартер затонул, и приняли решение взять в аренду новую яхту.

Итак, каждое утро у нас начиналось с поиска лодки.

Понедельник. Представитель нашей чартерной компании помогает нам в поисках свободной лодки – обзванивает всех своих коллег. Безрезультатно. Я обхожу все чартерные компании в Angel Fish marinа и по соседству – единственную свободную лодку увели прямо из-под носа – обидно. Ужин в «Султане». В гостинице просушка вещей и обсуждение дайв-тура к затонувшей «Аннушке» за забытыми вещами.

Вторник. Ожоги, полученные на острове, до сих пор болят. Кажется, что в городе мы уже давно. Бомж на площади Clock Tower уже здоровается, когда мы идем привычным маршрутом: кафе Pirates arms, Internet-cafe, туристическо-информационный центр. В центре нашли информацию о свободной лодке на острове Прале – 44−футовый катамаран. Сумма за аренду вызвала, конечно, определенную дискуссию, но когда трое наших друзей, обосновавшихся в отеле, дали согласие присоединиться, катамаран решили брать.

Среда. Чартерная компания, прослышав про затопление «Аннушки», предложила в обязательном порядке своего шкипера за 150 евро в день. Пока народ думал, я сходила в городской яхт-клуб и пообщалась с его менеджером. Он не очень обнадежил– пик сезона. Сам яхт-клуб, а это именно клуб, а не просто марина: деревянная доска со списком почетных членов, объявления и анкеты вновь вступивших, награды за победы в гонках.

Когда твердо решили катамаран не брать – цена намного больше, чем проживание в шикарном отеле, наш шкипер и еще несколько человек пошли менять билеты на более ранний рейс (6 марта). Я решила остаться.

Четверг. Очередная поездка в марину принесла положительный результат – по-прежнему любезная представительница нашей чартерной компании, узнав, что мы отказались от катамарана, познакомила нас с частным шкипером, имеющим свою яхту. 35−футовый Dufour на 4–5 дней по разумной цене, уже включающей услуги капитана – для нас был просто манной небесной! Договорились выходить на следующий день утром, а в 17 часов встретиться в городском яхт-клубе (лодка как раз там стоит) и посмотреть на нее.

Однако, отправив наших друзей закупать провизию для похода, ни в 17, ни в 19 часов (нам сказали, что для сейшельцев опоздать на час-два нормально) мы шкипера не встретили.

Пятница. В 5 часов утра на шкипера была устроена засада в яхт-клубе. Когда он опять не появился, мы совсем растерялись, однако унывать не стали, а доплыли на лодочке к его яхте, оставили там записку и встретили восход практически в море.

Днем наши мужчины решили отправиться к начальнику береговой охраны («проставиться»), а я стала искать отель у моря по оптимальной цене с кухней – провизию же надо куда-то девать. Вечером к нашему большому удивлению шкипер сам нам позвонил в отель.

Суббота. Около 8 часов утра шкипер появился в отеле, и не один, а с другим капитаном, предложив нам арендовать катамаран. Так как мысль о катамаране давно нас грела, мы стали обсуждать цену, однако в самый разгар торга у отеля появились две полицейские машины, которые увезли второго шкипера прямо у нас из-под носа. Потеряв нового шкипера, мы решили с первым более не расставаться. В итоге договорились ехать смотреть лодку напрямую к владелице. 38−футовый новенький катамаран с тремя каютами, двумя гальюнами и отдельным душем, с уютным салоном и просторным кокпитом показался нам идеальным судном.

Лучший яхтинг – это стоянка в марине

На следующий день мы перебрались с вещами и провизией на катамаран, пришвартованный к новому понтону на Eden Island.

И вот я покачиваюсь на носовой сетке катамарана, внизу плещутся волны и рыбы. И не важно, что сразу же после выхода из марины сломался мотор, и теперь на корме собрался консилиум из 5 специалистов, включая вышедшего из «тюрьмы» шкипера, решающий, что делать с мотором. Мы все равно рады – мы на яхте. Можно купаться вдоволь, встречаясь под катамараном! И в дождь, и при палящем солнце под катамараном всегда спокойно и приятно.

Специалисты упорно копошатся в моторе, и уходят один за другим, заверяя нас, что на следующее утро все починят. За ночь из левого поплавка выкачали два ведра воды.

Несмотря на рабочий день и присутствие разных механиков и шкиперов, ремонт мотора завершить не удалось. Все пытаются нам помочь, и опять безуспешно ищут свободную лодку. Большинство из нас уже готовы взять самую роскошную яхту со шкипером (оставшиеся два дня можно и шикануть) – но ничего нет! Специалисты, пообещав починить мотор, опять исчезли. Очень вовремя среди ливня возникли рыбаки на лодке, у которых за 80 рупий набрали огромный пакет невиданных ранее рыб. Женская половина нашего экипажа приготовила шикарный ужин. Танцы в кокпите под тропическим ливнем перешли в купание среди молний.

С утра я опять отправилась на поиски лодки – очень нам хотелось хоть чуть-чуть походить под парусами. Нашла свободный катамаран, но его на один день отказались давать.

Днем пришли механики, в итоге починили один двигатель уже после захода солнца и, сказав, что делают все, что могут, отбыли, оставив второй двигатель на следующий день.

Вечером проверили воду в поплавке – 20 см. Смастерив из пластиковых бутылок 3 модели черпаков (для глубокой воды, для мелкой…) отчерпали за ночь 9 ведер воды.

В день отъезда наших ребят – 6 марта, с мотором шли обычные ремонтные действия. Пока наши мужчины спорили по поводу того, надо ли платить за проживание на ремонтируемом катамаране, пришла записка от хозяйки на кругленькую сумму. Спор трансформировался в дипломатичный торг с хозяйкой, в итоге приведший к устроившей всех цифре.

На «Цитронель»

Проводив своих, я решила присоединиться экипажу яхты «Цитронель». К радости воссоединения с друзьями добавилось удивление их количеству на метр яхты и их темнокожести. Оказалось, что четверо из экипажа «Аннушки» уже перебрались из отеля на «Цитронель» и несколько дней живут на яхте, ночуя в немыслимых позах вокруг столика в салоне.

Атмосфера «Цитронель» отличалась некоторой шумностью, но скучно не было. Мы ходили на потрясающие по красоте острова. Например, Курьез, платный остров (3,6 х 1,7 км) – часть Национального морского парка. Главные достопримечательности: небольшая колония черепах, привезенных с атолла Альдабра (самой старшей более 150 лет!), и «Дом доктора», англичанина, лечившего когда-то в этих краях проказу. Сейчас здесь расположен музей.

На Ла-Диг заходили без меня. Это самый фотографируемый остров с множеством песчаных пляжей, домами, крытыми пальмовыми листьями, и огромными отполированными морем камнями. Или совсем маленький остров Святая Анна с дикими джунглями и разнообразием ракушек. А Прале – родина знаменитого кокоса Coco de Mer – стал для экипажа «Цитронель» просто вторым домом, на котором им впору уже было открывать свой бизнес.

Но самое главное – напоследок мне удалось походить под парусами…

9 марта мы неожиданно опять встретились с «Аннушкой». Ее подняли со дна, как-то залатали течь и вернули в Angel Fish marina, поставив снова под бок к «Цитронель». Да, грустное зрелище представляла наша яхта. Разгром и неприятный запах поселился внутри. Даже не верилось, что в носу была моя уютная каюта, а в салоне мы так азартно отдыхали. Когда это было? Казалось, что с нашего первого посещения марины прошло три жизни.

Думаю, отдых на Сейшелах всем нам запомнится надолго. Только вот мало островов я посмотрела, придется приехать еще…

Статья „Жизнь на яхте, жизнь после яхты“ на сайте журнала „Берега Москвы“.

Яндекс.Метрика